Как смягчить, сократить наказание по уголовному делу

Апелляционная жалоба на приговор суда с просьбой о смягчении наказания и применения к осужденному ст. 73 УК РФ (образец)

Как смягчить,  сократить наказание по уголовному делу

В судебную коллегию по уголовным делам

Самарского областного суда

443099, г. Самара, ул. Куйбышева, д. 60

От адвоката НО “Самарская областная

коллегия адвокатов” Антонова А.П.,

рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции:

443080, г. Самара, проспект Карла Маркса,

д. 192, оф. 619, тел. 8-987-928-31-80

В защиту интересов осужденного Г.

Апелляционная жалоба

Приговором Промышленного районного суд г. Самара от ДАТА Г. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, а также взыскано в пользу «Магнит» АО «Тандер» в счет возмещения материального ущерба ХХХ рублей.

С данным решением суда я не согласен в связи с чрезмерной суровостью назначенного наказания.

Согласно п. 1 ст. 6 УК РФ, наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Свою вину в совершении преступления по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ Г. полностью признал, в содеянном раскаялся.

По окончании предварительного расследования обвиняемым Г. было заявлено ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке особого производства. Судом постановлен приговор без проведения судебного разбирательства (в особом порядке).

При определении меры наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, особый порядок принятия судебного решения, обстоятельства дела и личность подсудимого, который ранее судим за умышленное преступление к реальному лишению свободы, наказание отбыто, но судимость не погашена, в его действиях усматривается рецидив в соответствии со ч.1 ст. 18 УК РФ, что судом признано отягчающим ответственность обстоятельством.

Смягчающими ответственность обстоятельствами суд признал чистосердечное признание вины, раскаяние в содеянном, а также наличие тяжелого заболевания — ХХХ.

Однако несмотря на данные обстоятельства, суд принял решение о назначении наказания в виде реального лишения свободы и не нашел оснований для применения ст. 73 УК РФ.

Фактически, по мнению защиты, данная позиция суда связана исключительно с наличием простого рецидива.

Между тем, согласно п “в” ч.1 ст.73 УК РФ условное осуждение не назначается при опасном и особо опасном рецидиве.

В соответствии с частью 1 статьи 73 УК РФ, если, назначив лишение свободы на срок до восьми лет, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным.

Вместе с тем, суд посчитал необходимым назначить наказание в виде лишения свободы с его реальным отбытием, в пределах санкции статьи, с учетом требований ст. 316 ч. 7 УПК РФ, предусматривающей наказание не свыше 2/3 максимального срока, и 68 ч. 2 УК РФ, то есть с учетом рецидива преступлений, но без дополнительных мер наказаний в виде штрафа и ограничения свободы.

Кроме того, защита полагает, что суд первой инстанции не принимает в должной мере во внимание обстоятельства, смягчающие наказание (ст. 61 УК РФ):  данным о личности осужденного, что на учетах в ПНД и НД не состоит, социально обустроен, исключительно с положительной стороны характеризуется по месту жительства.

Согласно п. 2 ст. 61 УК РФ, при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Таким обстоятельством может быть то, что Г. прошел лечение от хронического алкоголизма.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о необходимости смягчения наказания, о возможности  Г. исправления без изоляции от общества.

Осужденный не является представляющим опасность и нуждающимся в изоляции от общества преступником, он искренне раскаивается и нуждается в снисхождении.

С учетом личности осужденного, его критического отношения к содеянному, смягчающих обстоятельств, полагаю возможным достижение цели его исправления без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, с применением положений ст.73 УК РФ и установлением испытательного срока, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление.

С учетом перечисленных обстоятельств, прошу приговор суда изменить, смягчить назначенное осужденному судом наказание, применив к нему нормы условного осуждения, предусмотренные ст.73 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.17, 389.19, 389.20 УПК РФ,

П Р О Ш У    С У Д:

Приговор Промышленного районного суд г.Самара от ДАТА в отношении Г., изменить, применив к осужденному ст. 73 УК РФ.

Приложение:

Копия приговора от ДАТА

Адвокат   ______________________  А.П.Антонов              

Источник: https://pravo163.ru/apellyacionnaya-zhaloba-na-prigovor-suda-s-prosboj-o-smyagchenii-nakazaniya-i-primeneniya-k-osuzhdennomu-st-73-uk-rf-obrazec/

Правила назначения уголовного наказания при наличии смягчающих обстоятельств (ст.62 УК РФ)

Как смягчить,  сократить наказание по уголовному делу

02 октября 2014 года 10:53

Обстоятельства, перечисленные в ст. 61 Уголовного кодекса РФ (УК РФ) в качестве смягчающих наказание, дают возможность суду назначить наказание по своему усмотрению в пределах санкции статьи за конкретное преступление с учетом всех положений Общей части Уголовного кодекса РФ.

В то же время законодатель особо выделил так называемые особо смягчающие обстоятельства – явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, а также оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причинённых в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему.

Наличие данных обстоятельств не просто позволяет смягчить наказание виновному, а устанавливает размер наказания, который не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за конкретное преступление. Однако, такое условие выполнимо только при отсутствии отягчающих обстоятельств по делу.

Например, лицо, совершившее преступление, предусмотренное п. «а» ч.3 ст.

158 УК РФ (кражу чужого имущества с незаконным проникновением в жилище), явилось с повинной, активно способствовало раскрытию преступления, добровольно возместило материальный ущерб потерпевшему. Отягчающих обстоятельств по делу установлено не было.

Максимальный размер более строгого наказания, предусмотренного санкцией вышеназванной статьи, – шесть лет лишения свободы. В этой ситуации виновному может быть назначено не более четырех лет лишения свободы.

Эти правила могут применяться судами при наличии хотя бы одного из вышеперечисленных смягчающих обстоятельств, если при этом отсутствуют либо не признаны судом отягчающие наказание обстоятельства.

При этом суд может назначить и менее 2/3 максимального срока или размера наказания в пределах санкции, предусмотренной соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ.

Кроме того, при установлении данных смягчающих обстоятельств суд вправе с учетом конкретных обстоятельств по делу и данных о личности виновного признать их исключительными и назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено за конкретное преступление.

Вместе с тем, данные правила не применяются, если соответствующей статьей Особенной части УК РФ предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь, так называемые неисчислимые наказания. В этом случае наказание назначается в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Не исключается и назначение максимального размера наказания.

В то же время учитывается,что пожизненное лишение свободы и смертная казнь не назначаются женщинам, а также лицам, совершившим преступления в возрасте до 18 лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора 65-летнего возраста.

Поэтому при осуждении, например, по ч.2 ст. 105 УК РФ (убийство) указанным категориям взрослых лиц соответствующие пределы наказания исчисляются в размере от 20 лет лишения свободы, а несовершеннолетним – от 10 лет.

Еще большее снижение срока или размера наказания предусмотрено законодателем в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве при наличии смягчающих обстоятельств в виде явки с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, и отсутствии отягчающих обстоятельств.

В таком случае срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ.

Досудебное соглашение о сотрудничестве – это соглашение между сторонами обвинения и защиты, в котором указанные стороны согласовывают условия ответственности подозреваемого или обвиняемого в зависимости от его действий после возбуждения уголовного дела или предъявления обвинения.

Если половина максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания выходит за низший предел наказания, предусмотренного за данное преступление, оно назначается в этих пределах без ссылки на ст.

64 УК РФ, регламентирующую вопросы назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за преступление.

Например, санкция ч.3ст. 162 УК РФ (разбой) предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком от 7 до 12 лет.

В случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве при наличии смягчающих обстоятельств в виде явки с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, и отсутствии отягчающих обстоятельств наказание не может превышать 6 лет лишения свободы.

В случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве такие виды наказания, как пожизненное лишение свободы или смертная казнь, не применяются. В этом случае срок или размер наказания не могут превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания в виде лишения свободы, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК.

Если уголовное дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства, то срок и размер наказания осужденному в таком порядке лицу не может превышать 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Данное правило назначения наказания применяется наряду с другими правилами назначения наказания.

Например, при назначении подсудимому наказания за неоконченное преступление вначале следует с учетом требований ст.

66 УК РФ, регламентирующей вопросы назначения наказания за неоконченное преступление, определить максимальный срок или размер наказания, которое может быть назначено виновному, а затем, в соответствии с ч.7 ст.

316 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующей вопросы порядка постановления приговора, сократить этот срок (размер) наказания в связи с рассмотрением дела в особом порядке и лишь после этого определить подсудимому наказание.

Источник: http://procspb.ru/explain/731-pravila-naznacheniya-ugolovnogo-nakazaniya-pri-nalichii-smyagchayushchih-obstoyatelstv-st62-uk-rf?print=1

Сокращение особого порядка – шаг в сторону нормализации уголовного процесса

Как смягчить,  сократить наказание по уголовному делу

Напомню, что под «особым порядком» (гл.

40 УПК РФ) в современном российском уголовном процессе понимается процедура судебного разбирательства, когда обвиняемый заявляет о своем согласии с предъявленным обвинением, в силу чего с обвинения снимается обязанность доказывания обстоятельств дела, судебное следствие не проводится, доказательства не исследуются, а размер назначенного наказания не может превышать 2/3 от верхней планки наказания, установленного уголовным законом. Иначе говоря, мы имеем здесь гарантированный обвинительный приговор, но гипотетически чуть с меньшим наказанием.

Нет никакого секрета в том, что данная процедура mutatis mutandis копирует знаменитые американские «сделки с правосудием».

Нет никакого секрета и ни малейшей конспирологии также в том, что главу 40 УПК писали нам в свое время американские консультанты.

Не буду здесь вдаваться в детали – сомневающиеся могут прочитать по этому поводу прекрасную брошюру, изданную центром Карнеги, она есть в открытом доступе в сети.[1]

Первоначально УПК РФ при его принятии в 2001 г. и вступлении в силу с 1 июля 2002 г. содержал положение, что особый порядок применяется лишь по делам о преступлениях, предусматривающих наказание не свыше 5 лет лишения свободы. Однако вскоре (Закон от 4 июля 2003 г.) ч. 1 ст.

314 УПК была изменена, и речь стала идти уже о преступлениях, наказание за которые не превышает 10 лет лишения свободы, то есть отказ от судебного следствия и полноценного исследования доказательств оказался возможен по делам о преступлениях не только небольшой и средней тяжести, но и тяжких.

В результате, на сегодняшний день примерно 70 % обвинительных приговоров постанавливается именно в особом порядке, когда никто ничего не доказывает. Специалисты обращали на это внимание уже давно – по сути, при таком подходе «особый порядок» является не особым, а общим.

«Особым» следует уже считать как раз нормальный уголовный процесс с доказыванием, презумпцией невиновности, судебным следствием и т. п. Ситуация усугубляется еще и введением в 2013 г. так называемого «дознания в сокращенной форме» (гл. 32.

1 УПК), также ориентированного на признание вины и не предполагающего полноценного собирания доказательств. Когда эти процедуры (гл. 32.1 и гл.

40) накладываются друг на друга, то выясняется, что в современном российском уголовном процессе по некоторым делам никто вообще ничего доказывать не должен: ни в досудебном, ни в судебном производстве.  

Такое положение дел начало тревожить не только ученых-юристов, но и власти. 19 марта 2019 г. на коллегии ГП Генеральный прокурор в присутствии Президента высказал по этому поводу беспокойство, отметив, что особый порядок надо сокращать, причем не только через правопримнительные, но и через законодательные механизмы, вернувшись в частности к изначальной идее применения гл.

40 УПК только по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести. На коллегии присутствовал и Председатель Верховного Суда. Уже через три с небольшим недели (11 апреля 2019 г.) Верховный Суд принял на Пленуме в порядке законодательной инициативы и внес в Госдуму законопроект о внесении изменений в ч. 1 ст.

314 УПК, которая, если законопроект будет принят, должна звучать так: «По уголовным делам о преступлениях небольшой или средней тяжести (выделено мной – Л. Г.) обвиняемый вправе заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке».

Иначе говоря, применение особого порядка по делам о тяжких преступлениях предполагается исключить.

Почему с соответствующей инициативой обратился именно Верховный Суд? Дело здесь думаю не только в том, что у Генпрокуратуры нет права законодательной инициативы. Есть еще и некие дипломатические моменты. В свое время (в 2006 г.) ВС уже вносил подобный законопроект, предполагавший исключение особого порядка по делам о тяжких преступлениях.

Он пролежал без движения 10 лет, после чего был в 2016 г. отклонен «за давностью». Было бы странным и не совсем корректным по отношению к высшей судебной инстанции, если бы сейчас с инициативой выступил кто-то другой, и она увенчалась бы успехом, на что шансов значительно больше, чем в 2006 г.

, когда развеялись еще не все иллюзии по поводу «особых порядков».

Как оценить новую инициативу ВС? Только положительно.

Здесь можно обсуждать детали (например, надо ли исключать особый порядок по делам, где проводилось дознание в сокращенной форме; надо ли его оставлять по неосторожным преступлениям, предусматривающим наказание свыше 5 лет лишения свободы и т. п.), но никаких концептуальных возражений я не вижу – уголовный процесс надо нормализовывать, ориентация на «особые» порядки себя не оправдала.

Гипотетически против инициативы ВС может быть выдвинуто несколько аргументов. Ни один из них я заслуживающим внимание не считаю, но на всякий случай рассмотрю.

Первый аргумент можно считать сравнительно-правовым: дескать «сделки с правосудием» широко применяются в «цивилизованных странах», прежде всего в США.

Это страна с самой развитой экономикой, поэтому любые заимствования из ее правовой системы следует считать благом.

Не знаю, найдутся ли те, кто сформулирует данный «американофильский» аргумент прямо, но наверняка кто-то об этом подумает, по крайней мере про себя.

На самом деле, опыт США является как раз аргументом не pro, а contra гл. 40 УПК. Сложно найти сегодня в американской правовой системе более серьезную проблему, чем «сделки с правосудием».

Сегодня их применение достигло уже 97 % рассматриваемых уголовных дел, классическое судебное разбирательство становится в такой ситуации экзотикой, легитимность уголовного процесса падает, растет тюремное население (причем за счет обвинительных приговоров, выносимых на основании сделок). Сами американцы пишут о «коллапсе» уголовной юстиции, «шокирующем факте» и т. п., пытаются найти какой-нибудь выход, но не находят его. Об этом можно почитать, причем на страницах очень респектабельных изданий.[2] Зачем нам идти по тому же самому пути и наступать на те же самые грабли? Это, как минимум, нерационально.

Второй аргумент скорее всего где-нибудь прозвучит: дескать, сокращая «особый порядок» мы тем самым урезаем права обвиняемого, лишаем его по некоторым категориям уголовных дел «права на сделку», то есть более мягкое наказание, и т. п. Видимо, именно поэтому Верховный Суд указал в Пояснительной записке, что право на особый порядок не является гарантированным Конституцией «правом человека и гражданина», в силу чего речь не идет об ограничении каких-то конституционных прав.

Конечно, не является. Но дело здесь еще и в другом. Аргумент об ущемлении прав обвиняемого можно было бы обсуждать серьезно, если бы суды всегда назначали наказание по верхней планке, то есть по максимуму. Тогда снижение этой планки до 2/3 действительно выглядело бы серьезной «льготой».

Но на самом деле верхняя планка применяется как раз не очень часто, если не считать, допустим, наказания в виде пожизненного лишение свободы за совершение особо тяжких преступлений, которое не имеет никакого отношения к гл. 40 УПК.

В большинстве случаев, которые нас здесь интересуют, судья обязан применить разнообразные правила назначения наказания, предусмотренные УК (смягчающие обстоятельства и т. п.), учесть позитивные данные о личности подсудимого, выбрать сбалансированную меру наказания и т. д.

, в результате чего при выборе в диапазоне, скажем, от 3 до 10 лет лишения свободы реальное наказание окажется где-то плюс-минус «посередине». Это в значительной мере обесценивает «льготу», предусмотренную гл. 40 УПК. Иногда возникает впечатление, что она для обвиняемого не столько реальна, сколько виртуальна.

Более того, если обвиняемый признает вину, ведет себя конструктивно, дает показания о деталях преступления и т. п., то его поведение подпадает под п. и) ч. 1 ст. 61 УК (одно из смягчающих наказание обстоятельств). В такой ситуации суд обязан руководствоваться ч. 1 ст.

62 УК, в соответствии с которой наказание в любой случае не должно превышать… 2/3 максимального срока наказания. Так о каком ограничении конституционных прав здесь можно вести речь? Это лишний раз показывает зыбкость конструкции, предусмотренной гл.

40 УПК, которая «продает товар», прямо скажем, не самого высокого качества.

Третий аргумент может быть выдвинут поборниками «договорных отношений» в уголовном судопроизводстве. Дескать, воля обвиняемого направлена на особый порядок, а мы навязываем ему полноценное судебное разбирательство.

Но нет ли в этой воле «порока»? Так ли уж чисты «договорные отношения» и как проверить их чистоту? Есть ли такая возможность у суда? Боюсь что нет, так как в рамках применения гл. 40 доказательства он не исследует, материалы дела оценивает лишь в письменном виде, обвиняемого даже не допрашивает.

На что ему ориентироваться? На отсутствие на лице обвиняемого при его появлении в суде синяков и ссадин? Слабенький критерий.

Американцев с их опытом применения «сделок» эта проблема также очень волнует, поскольку никто толком не знает мотивов согласия обвиняемого с обвинением (реальное раскаяние, неверие в уголовную юстицию, физическое или психическое принуждение правоохранительных органов, давление преступного мира, самооговор и еще масса гипотетических вариантов).

Они судорожно ищут выход из положения, предлагают разнообразные механизмы, некоторые из которых выглядят откровенно фантасмагоричными (например, обсуждать «сделку» с участием присяжных[3], хотя тогда уж проще провести с присяжными рассмотрение дела по существу – зачем здесь «сделка»?). Ничего не получается, каждый из «механизмов» выглядит нонсенсом. Вряд ли что-то получится и у нас.

Это проблема концептуального порядка.

Четвертый аргумент может прозвучать со стороны реалистов. Справится ли судебная система с необходимость проведения полноценного судебного следствия по значительно большему числу уголовных дел? Аргумент также слабый. До 1 июля 2002 г.

, в том числе в не самые благополучные с бюджетной точки зрения, но вполне либеральные годы (1992 – 2002), судебная система вовсе обходилась без «особого порядка».

Тогда все уголовные дела рассматривались исключительно с полноценным доказыванием, и никаких процессуальных катаклизмов не происходило, об ущемлении прав обвиняемого никто не говорил.

Возможно, у сторонников сохранения в отношении «особого порядка» статус-кво найдутся и другие аргументы. Но ни один из них серьезным не выглядит.

Поэтому законодательную инициативу о сокращении сферы применения гл. 40 УПК следует поддержать. Это правильный шаг в сторону нормализации уголовного процесса.

 

[1] https://carnegieendowment.org/files/CP60.spence.FINAL.pdf [2] https://slate.com/news-and-politics/2015/04/plea-bargains-should-prosecutors-be-forced-to-have-their-plea-bargains-approved-by-juries.html [3] Там же

Источник: https://zakon.ru/comment/501099

Вопросы по закону
Добавить комментарий